Войти * Регистрация
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
} НОВОРОССИЯ

» » У ребенка не было никакого опыта, и он попал на Донбасс

У ребенка не было никакого опыта, и он попал на Донбасс



В пятницу 17 октября 2014 года в Кронштадте похоронят 18-летнего пулеметчика ополчения Луганской народной республики Женю Пушкарева. Он погиб 10 октября в поселке Никишино на Украине. Родные мальчика хотят, чтобы российские родители знали об этом и надеются, что максимально подробная информация о гибели Жени спасет других детей, желающих повоевать за Новороссию. О последнем бое с участием Жени «Телеграфу» рассказали его непосредственные участники.

Жене Пушкареву из Кронштадта 1 августа 2014 года исполнилось 18 лет. На страничке Жени в социальной сети «Вконтакте» практически нет обычных фотографий. Везде он позирует в военной форме с оружием или играет в военные игры. Война перестала быть игрой 5 сентября 2014 года, когда мать, придя вечером домой, нашла записку «мама, я уехал в Ростов к другу». 

Потом он объявился и рассказал родным по телефону, что воюет на Украине. «Мама, я вернусь через два месяца», - говорил ей Женя. Вернулся раньше, в гробу, а родители привезли пулю, по их словам, извлечённую из тела сына. Она, по данным его боевых товарищей, попала в область плеча, прошла через все туловище и застряла в ягодице. 

Родные говорят, что мальчик грезил армией с шестого класса и сбежал на войну, чтобы «набраться боевого опыта и потом попасть в хорошее подразделение». «Вконтакте» он состоял в группах «Донецкая республика русское лето» и «Военкомат НОД Павел Губарев». Родители Жени хотят, чтобы российские родители проверили странички в соцсетях своих детей и знали, в каких группах они состоят, ведут ли переписку с вербовщиками, готовыми брать на войну даже детей. 

Родные Жени не хотят, чтобы на Юго-Востоке Украины гибли одурманенные СМИ и пропагандой в соцсетях дети.

«По рассказам ребят, он доехал до границы и российские пограничники его не пропустили туда в связи с возрастом и развернули домой, но он прошел «по-чёрному». Должны же быть какие-то нормы морали у людей. Здесь, по сути, ребенок, но он доброволец, это максимализм юношеский и не более того, как мне кажется.

Хочется огласки, может быть, это спасёт чью-то жизнь, что бы родители были внимательнее. Мы пообщались с ребятами, и они сказали, что очень многие туда едут. И это всё скрывается, просто мы этого не знаем и не видим. Если можно спасти чью-то жизнь, то нужно об этом говорить», - считает тётя погибшего мальчика. 

Корреспонденты «Телеграфа» поговорили с ополченцами, свидетелями последнего боя Жени Пушкарева. Бойцы с позывными «Тихий» (воюет в ЛНР с 23 сентября 2014 года) и «Мангуст» (воюет с 6 сентября) вместе с родственниками доставили Женю в Кронштадт и согласились рассказать о том, как погиб 18-летний пулеметчик. Они рассказали, что 75% ополченцев – это россияне и только 25% местные, так как украинские мужчины под разными предлогами уклоняются от участия в боевых действиях.

Тихий

23 сентября я поехал на свой первый боевой выход. Это был посёлок Круглик Краснолучинского района. Там мы занимали оборону в частном секторе, и там я познакомился с Женей. Мы начали общение, там я пробыл восемь дней, после чего мы вернулись в расположение в Красный Луч Луганской области. На базе мы провели пять дней – отдохнули, помылись, сходили в увольнение. Наш командир уехал в Москву договариваться о гуманитарной помощи для нашего отряда.

После этого мы вышли на второй боевой выход в село Никишино.

Мангуст

В Красный Луч прибывают все те, кто хочет принимать участие в освободительном движении народного ополчения. Все прибывают туда по-разному. Кто-то через какие-то организации. Все они, по сути, являются добровольцами. Кто-то с опытом, кто-то без опыта, кто-то местные. После того, как там все собираются и проходят краткий инструктаж, который ничего профессионального из себя не представляет, едут дальше по назначению.

Тихий

Восьмого октября вечером нас построили и попросили выйти из строя 10 добровольцев, чтобы отправить на боевые позиции в посёлок Никишино для усиления. Там держали оборону ребята из ДНР. Вернее они вели бои за этот посёлок – то отобьют улицу, то потеряют.

Мангуст

Позиции удерживались совместно с казаками и ДНР. Получилось так, что все 10 добровольцев восьмого числа вечером отправились туда. По приезду мы там расположились. Слышались взрывы, падали мины. Через 5 минут после того, как мы туда пришли, недалеко упало несколько мин, и я спрятался в траншею.

Мы расположились в одном из брошенных домов. Поели – попили, ночь отдежурили по очереди и утром нас отправили на зачистку окраины Никишино. Мы вышли на зачистку мелкими группами по 3-4 человека. Прошлись по улице, зашли в дома, аккуратно всё посмотрели и через какое-то время расположились в нескольких домах. Два человека из нашей группы обозначили дома, где мы должны были расположиться.

Инструкция была такая: сидеть в доме и никуда не выходить, быть секретом. Мы находились на углу улицы. Тихий, Женя и Волк находились через улицу. Он был виден нам. И еще через пару домов находились другие люди. Пока мы там находились, была слышна стрельба, где-то работал снайпер, рвались одиночные мины. В самом посёлке жителей не было, только на окраине жили две бабушки. В остальных домах было пусто. Коровы и другой домашний скот был оставлен людьми. Практически как в фильме ужасов.

Уже 10 октября в районе 6 часов вечера, после того как люди в нашем доме поели, в доме Тихого, Волка и Пушкаря (Жени), тоже готовились к ужину.

В это время солнце заходило в нашу сторону и украинцы, которые судя по всему, наблюдали за нами, где мы находились и что делали. Они поняли, что мы в расслабленном состоянии, им было понятно, что мы бойцы неопытные и ведем себя легкомысленно, поэтому они выбрали момент, когда солнце светило в нашу сторону и начали обстрел.

Сначала нас обстреливали из миномётов, возле дома. Затем присоединились автоматчики. В результате стреляли не меньше 30-40 человек. Стреляли с разных точек, было понятно, что нас пытаются взять в кольцо. Видно их не было.

Тихий

Когда начался обстрел, из лесополосы за нами ребята из ДНР, у которых были АГСы (ред. Автоматический гранатомёт станковый, стреляет очередями небольшими гранатами) и миномёты, начали работать по ним. Затем вблизи нашей улицы ложились ВОГи (граната от АГС).

Женя заметил через смотровую щель в заборе, у нас там была небольшая точка для наблюдения, приближающуюся группу людей, пехоту. Ну и крикнул нам «парни контакт, нас пытаются окружить, отходим». Мы приняли решение отойти через улицу на соседнюю точку. Там буквально метров 10-15 было, чтобы там совместно занять оборону.

Отходили организованно, я вышел первым, за мной вышел Волк, Женя уходил последним и прикрывал наш отход. Он был пулемётчиком, у него было РПК 74, он шугал их, отстреливался. После чего я залетел во двор к ним на позицию, следом зашел Волк, мы оглянулись и увидели, что Женя не успел за нами зайти.

Немного выглянув, мы увидели, что он буквально не добежал до калитки метра два с половиной и лежал на животе лицом вниз. В это время шел беспорядочный огонь, свистели пули в сторону наших позиций. То есть они уже подошли на эту улицу. Недалеко от нашего дома есть пустой участок, развалины, и они уже дошли до этих развалин и у них уже был открыт сектор обстрела, работать в область дороги. Со стороны перекрёстка был разваленный дом, и они оттуда тоже работали. От нашего двора они полностью простреливали дорогу, отходящую в сторону посёлка.

Мы выбежали с ребятами на дорогу. Взяли Женю за «разгрузку» и махом затащили его туда, ближе к забору.

Мангуст

Дальше Тихий крикнул, что «у нас раненный». Я в это время находился внутри дворика с нашей группой людей, нас было шесть человек. Тихий крикнул и попросил помочь и затащить Евгения в укрытие, потому, что обстрел шёл шквальный, и все пытались спрятаться за что-нибудь плотное. Я подошел и помог затащить Евгения в здание.

Тихий

Мы затащили его в предбанник, чтобы максимально защитить от пуль.

Мангуст

Мы начали отстреливаться, стреляли в разные стороны, не видя противника, я несколько раз выстрелил в воздух.

Тихий

Наш пулеметчик открыл огонь слева из-за железных ворот, на подавление, чтобы немного приглушить огонь с той стороны.

Мангуст

Когда огонь стал стихать, и у нас появилась возможность выдвинуться и посмотреть. Мы видели, что в кустах кто-то появился.

Тихий

Мы расстегнули ему китель, уже перед отходом. Я вколол ему обезболивающее.

Мангуст

В итоге продолжили отстреливаться, где-то приблизительно, это заняло 30-40 минут. Волк кинул гранату.

Тихий

Вначале он пытался выстрелить из РПГ по развалинам, я видел, как он вышел на дорогу и рядом с ним ложились очереди. Выстрелить у него не было возможности, он забежал обратно, кинул гранатомёт и принял решение кинуть гранату — и бросил ее туда. Она взорвалась, и на 15-20 секунд стрельба прекратилась, и мы начали утягивать Женю на задний двор дома.

Мангуст

Мы приняли решение отходить через дворы между домами и эвакуировать раненного, повреждений у него не обнаружили. Спросили у него, куда он ранен. Он сказал, что не знает и ему трудно дышать. Всё происходило быстро. Крови на теле не было, только шла из носа. Мы даже подумали, что его гранатой глушануло или еще что-то. Его вытащили из дома и принесли на задний двор, где было безопаснее. Там его ещё раз осмотрели.

Тихий

Там он потерял сознание и быстро умер.

Мангуст

Он обмяк в этот момент и не подавал уже никаких признаков жизни. Было видно, что человек умирает. Нам было не понятно, отчего и почему так. Медикаментов у нас как таковых с собой не было. Улицы и дворы обстреливались. Мы не знали, как отходить и реально отходили, кто как мог. То есть если бы мы взяли тело Евгения, который уже фактически был погибшим, то могли погибнуть еще люди. Возникли бы новые проблемы, и было бы еще хуже всем остальным.

Мангуст

Нам было не понятно, кто, откуда стреляет. Всё кругом рвалось, летело и взрывалось. Мы стали отходить через задний двор между домами, на поле не выбегали, на улицу тоже. То есть через заборы, через заборы и ещё раз через заборы. Подходили и в то же время останавливались в тех домах, где была возможность спрятаться и послушать где стреляют, а где нет. При этом стрельба продолжалась, и мы сами слышали свист пуль и взрывы. Я с Бизоном забежал в дом и увидел там всех наших. Какое-то время мы пробыли в этом доме, с Бизоном зашли в комнату, развернулись назад и приняли решение уходить по улице, но никого уже не было. Все разбегались кто куда.

У Бизона была рация. Моя рация села, и я воспользовался его рацией. Сообщил Байкеру, что нас обстреливают. Тот сказал, что «я слышу, но мне не понятно, что происходит. Я говорю, как есть, нас обстреливают со всех сторон, ВОГами, миномётами, автоматами и пулеметами и у нас «трёхсотый» (раненный).

Тихий

Уже «двухсотый» (убитый) .

Мангуст

Уже «двухсотый» он к тому времени был. Я просто-напросто в это время еще точно не мог сказать. Байкер спросил, с какой стороны бьют. Я ему дал направление и попросил помочь чем-нибудь тяжёлым в сторону поля и в сторону перекрёстка. Откуда они шли. Я слышал, как он давал распоряжения, потом разорвалось три или четыре снаряда в том направлении, и на этом наше прикрытие было остановлено.

Тихий

Когда стрельба прекратилась, а это было на закате, и очень быстро стемнело, спустя два часа, когда уже было конкретно темно, мы вынесли Женино тело в начало посёлка, на позицию казаков.

 

P.S. Родители Жени сделали всё возможное, выехали на место и доставили сына в Кронштадт. Это было нелегко, но везде им помогали люди. Женщина в штабе ЛНР нашла машину доехать до Каменск-Шахтинска. Затем, в Ростове они смогли договориться о доставке тела в Петербург за минимальные 20 тыс. рублей. Все это, родные делают своими силами, так как официально погибшим добровольцам никакой помощи не выделяют.

Сергей Ковальченко


18.10.2014
Loading...

Похожие статьи:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
вверх