Войти * Регистрация
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
} НОВОРОССИЯ

» » Николай Стариков 14 января 2015

Николай Стариков 14 января 2015



Беседа с Николаем Стариковым 14 января 2014.



Разговор о странностях терактов в Париже, целях республиканского марша во Франции, необходимости войны для Запада, сталкивании Украины и России по сценарию финской войны, выставлении России захватчиком, которого нужно остановить, и возможности изменения людьми даже самых страшных политических сценариев.



0:00:25 — подозрительный марш единства во Франции

0:03:00 — факты о терактах во Франции

0:06:23 — террористы постоянно “забывают” на месте преступления свои документы

0:09:13 — почему “застрелился” следователь?

0:10:30 — почему президент Франции сразу же посетил место трагедии?

0:13:20 — кто управляет исламским терроризмом?

0:15:15 — “марш единства” для раскола общества

0:20:50 — почему Великобритания хочет выйти из Евросоюза?

0:23:57 — почему Западу обязательно нужна война?

0:27:00 — Япония увеличила военный бюджет

0:29:56 — Украина, у которой нет денег, тоже увеличивает военные расходы

0:32:40 — Крым — точка напряжения для начала украино-российской войны

0:34:12 — повторение истории: финская война 1939 и украинская война настоящего

0:39:09 — Запад готовит Украину на убой

0:41:55 — США необходимо втянуть Россию в войну с Украиной

0:43:11 — Западу надо представить Россию захватчиком

0:49:15 — Путин переписал сценарий развала России

Николай Стариков

Николай Стариков 14 января 2014

Видео http://poznavatelnoe.tv/starikov_2015-01-14

Собеседники:

Николай Стариков — писатель, http://nstarikov.ru

Артём Войтенков — Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tv

Артём Войтенков: Добрый день, Николай Викторович. Мы с вами первый раз встречаемся в 2015-ом году.

Николай Стариков: Здравствуйте. Рад вас видеть в новом году, так же, как был рад вас видеть в году прошлом.

Артём Войтенков: Приятно слышать. Надеюсь, мы с вами ещё и в следующем —  будете рады меня видеть.

Николай Стариков: Короче говоря, пожелали друг другу долголетия, теперь давайте перейдём к вопросам.

Артём Войтенков: Да. Самое громкое, что сейчас происходит – это события во Франции. Череда неких терактов, которые там произошли и, соответственно, «Марш единства» — одно из названий. Что меня сразу сильно насторожило?

— 7-го января происходит атака на редакцию журнала.

— 8-го января происходит нападение на сотрудницу полиции.

— 9-го января злоумышленники, точнее один, захватывает заложников в еврейском магазине и расстреливает четверых.

— А 11-го уже проходит «Марш единства», который собирает полтора миллиона человек в Париже, четыре миллиона человек по всей Франции.

Вы, как руководитель партии ПВО, вы представляете, сколько надо труда, усилий, чтобы вывести большое количество людей на улицу под какими-либо лозунгами или какими-либо знамёнами. А тут мало того, что они вышли таким количеством, у них уже было всё подготовлено: у них были распечатаны всякие плакатики, листовочки, надписи на голове, муляжи карандашей даже были сделаны — это всё требует подготовки. И я это много наблюдал, что даже вывести 100 человек, это надо сделать 100 звонков в течение двух недель.

Николай Стариков: Чувствуется огромная подготовительная работа. Для того чтобы вывести на улицы несколько миллионов человек должен быть колоссальный подготовительный ресурс использован. Но мы с вами должны понимать, что эту демонстрацию устраивала не одна какая-либо партия, не какой-либо профсоюз. Эту демонстрацию устраивало государство французское, поэтому ресурс там был совершенно колоссальный.

И я уже смотрю: в интернете появляется информация (надо проявлять её достоверность), что некоторые моменты подготовительные, были, как бы — подготовка была начата до террористического акта.

Артём Войтенков: Я это и имею в виду.

Николай Стариков: Но здесь, опять же, это всего лишь косвенные признаки. Например, решили провести какой-то марш во Франции. Ну, почему бы не решили? А тут такая повестка дня изменилась, такая трагедия случилась.

Артём Войтенков: С какой стати?

Николай Стариков: Здесь, конечно, нужна колоссальная подготовительная работа, это понятно. Я не хочу здесь уходить в подробности, это действительно масштаб государства — в такие сжатые сроки проводить такие вещи. Это власть на местах должна работать, это все партийные структуры всех партий вместе и так далее.

Но обратите внимания — Марин Ле Пен (Marine Le Pen) на это дело не пригласили всё-таки. На что она, на мой взгляд, совершенно справедливо обиделась. Я хотел бы, когда мы с вами говорим о ситуации во Франции, о том, что там произошло, — уйти в сторону от того, что мы с вами можем что-то домыслить. Давайте возьмём только голые факты?

Артём Войтенков: Давайте.

Николай Стариков: Факты таковы. Несколько человек напали на редакцию журнала, который печатал абсолютно недопустимые с точки зрения Ислама вещи. Моя позиция такая: свобода слова не пострадает ни на секунду, ни на сантиметр, если не печатать вещи, которые оскорбляют десятки, сотни миллионов людей.Свобода слова не в том, чтобы кого-то оскорблять, свобода слова в том, чтобы высказывать свои мысли.

Поэтому сами публикации этих карикатур, они, конечно, были провокационными – это первый факт.

Артём Войтенков: Я добавлю: там же они не только насчёт Ислама, они там вообще много чего высмеивали — и христианство, и другие вещи.

Николай Стариков: Согласен, но есть разная степень неприятия. Для мусульманина это смертельное оскорбление, которое он не готов никаким образом терпеть. Когда эти, с позволения сказать, карикатуристы печатают карикатуры во время аварии в московском метро, мы просто считаем их не людьми. Потому что есть вещи, над которыми нельзя смеяться.

Мы руку не подадим, мы журнал в руку не возьмём, но мы не пойдём бить этих карикатуристов, мы не пойдём молотов коктейль кидать в их офис – другая степень неприятия.

Поэтому, возвращаясь к фактам, начало этим публикациям, абсолютно провокационным, с карикатурами на Пророка, положил не этот журнал, а датский журнал. Этот французский журнал перепечатывал их в рамках этой солидарности, естественно его тоже, мягко говоря, невзлюбили и его начали охранять. Вы там видели, два полицейских погибли, то есть они охраняли этот журнал. То есть ситуация развивалась по накатанной. Но источником был датский журнал. Обратите внимание — нападение на французский журнал. Почему? Потому что именно во Франции нужно было провести определённый террористический акт.

И здесь этот акт очень многоплановый. С одной стороны это, конечно, давление на Франсуа Олланда (фр. François Gérard Georges Nicolas Hollande), который должен был поехать в Астану общаться по поводу Украины в нормандском формате. И накануне в радиоинтервью выступил очень миролюбиво, сказал, что и санкции можно снять, и договориться можно. И тут происходит террористический акт. И обратите внимание — встреча в Астане уже под вопросом, её, вероятнее всего, может и не быть. Хотя, в принципе, никаких событий, которые изменили бы ситуацию на Донбассе нет за исключением опять же одного — абсолютно страшной трагедии с автобусом, которая произошла. И которая сегодня украинскими и западными СМИ подаётся, как зверский обстрел артиллерии ДНР с погибшими людьми. Хотя те фотографии, которые показываются автобуса, где погибли люди, дают все основания говорить о том, что это вряд ли артиллеристский снаряд — он просто не может быть и снаряд Града не может быть, потому что автобус абсолютно целый.

Возможно, и это — ещё одна провокация с целью нагнетания ситуации вокруг Украины и срыва переговоров.

Вернёмся в Париж. Несколько человек забегают в журнал, убивают людей и абсолютно спокойно скрываются. При этом, как нам потом рассказывают французские власти, по «доброй» традиции террористов, они оставляют там удостоверения личности.

Артём Войтенков: А, ну как всегда, да.

Николай Стариков: Как вычислили этих братьев? Это же не великая работа аналитиков-криминалистов. А они забыли там удостоверения личности. Вспоминаем 2001-ый год, Нью-Йорк, террористы в машинах забывали листовки, призывающие к джихаду документы. А когда самолёты врезались в башни-близнецы, то там испарялось всё, включая ДНК пассажиров – ничего не было.

Артём Войтенков: И двигатель металлический

Николай Стариков: И двигатели — всё испарялось. Но целёхонькие паспорта аккуратно планировали и падали где-то так, чтобы их нашли. Что это такое? Что это за террористы, которые всё время забывают визитные карточки на месте преступления? Причём не специально их подкладывают, а якобы случайно. Конечно, специально!

Дальше полиция начинает искать. Находит эти удостоверения, не долго их искать, и начинает разыскивать подозреваемых. Тут же идёт информация в СМИ, что это они участвовали в актах. А дальше меняется акцент в СМИ.

Смотрите: «подозреваемый в террористическом акте», «подозреваемый в террористическом акте», «участвовавший в террористическом акте» — где-то раз, переходится грань.

Откуда их взяли? Я не знаю. Может быть, они действительно участвовали в этом, им спецслужбы поручили, а потом их же выставили в качестве козлов опущения. Мы с вами не знаем эту технологию, поэтому давайте даже не будем туда уходить. Для нас важно, что документы оставлены, нашли тут же виноватых, они где-то заперлись. Пятьсот человек бросили на этот штурм. Пятьсот! Танки там везли — есть фотографии. Представляете? Танки везли туда против этих двух. Возникает вопрос: два человека окружены, есть основания подозревать, что они участвовали в этом террористическом акте, дело, мягко говоря, очень резонансное. Надо их живыми взять?

Артём Войтенков: Да.

Николай Стариков: Конечно надо. Поэтому было точно ясно, что живыми их не возьмут.

Артём Войтенков: Поэтому танки.

Николай Стариков: Точно не берут живыми. Конечно танки.

Артём Войтенков: Чтобы наверняка.

Николай Стариков: При этом, один из этих братьев звонит в эфир какой-то радиостанции или телеканала и рассказывает, что это он, это он и он берёт на себя ответственность за всё, что произошло. Кто потом его голос сличать будет? Понимаете, что тем самым просто подписать себе смертный приговор. Так можно полицейским что-то сказать – «я открою какие-то тайны, если я останусь жив». А тут уже всё, признания записаны в прямом эфире, всё — можно из танка стрелять смело, никто уже не нужен. Мягко говоря, странные факты.

И на фоне всего этого на следующий день после убийства этих двух братьев, следователь, который вёл дело, застрелился в своём кабинете. Опять возвращаемся, дело очень резонансное. Какого следователя туда назначат? Лучшего. Наверное, вряд ли, который по автомобильным катастрофам был или парковочные талоны выписывал за нарушение правил парковки. То есть какой-то реально хороший следователь, связанный с делами о терроризме должен быть.

Артём Войтенков: Да не один.

Николай Стариков: Ну, наверное, он уже повидал в своей жизни много чего. И вдруг он застрелился в кабинете. Объяснений никаких — почему. Я где-то слышал, что он там распереживался, что люди погибли. Что это за малохольные следователи такие во французской правоохранительной системе.

Складывается картина следующая.

— Спецслужбы: здесь американские, какие-то другие — проводят показательный террористический акт в центре французской столицы.

— Следователь, который начинает расследование, оказывается, скорее всего, человеком честным, порядочным. И когда он видит, что кого-то выставили в виде козлов отпущения, он делает какие-то заявления или шаги, в результате чего его застрелили из его же табельного оружия за его же столом. Но и это ещё не всё — два акта.

— И третий факт. Президент Франции через полчаса после террористического акта прибывает к месту этой трагедии. Это невозможно в принципе. Потому что могут быть закладки, мины, растяжки, снайперы, террористы — всё, что угодно.

Вопрос: зачем ему туда приезжать? Чтобы показать какой он смелый? Он глава государства. Если он приедет туда через два часа, ничего не изменится. Он не должен туда бежать, как пожарник на пожар. Он туда может поехать только в одном случае, если кто-то (и не только ему), но извините это глава государства, то есть государству французскому даст гарантии безопасности:

— «Вы можете ехать – там ничего не взорвётся».

Но мы с вами знаем тактику террористов, которую применяли у нас на Кавказе. Ведь не сами придумали. Когда взрывается бомба или совершается что-то, — приезжает следственная группа и взрывается вторая бомба. Почему в Париже такого не могло быть? Представляете, как бы радовались террористы, если бы им удалось убить президента.

Артём Войтенков: Замечательно.

Николай Стариков: Вообще просто сказка для этих террористов была бы. Но почему-то президент об этом не думает, спокойно приезжает, там делает какие-то заявления. Гарантия безопасности у него есть. Кто ему мог дать эти гарантии? Только те, кто эти террористические акты проводят.

И здесь, я почему не хочу говорить спецслужбы, какой страны, потому что могут американцы ему сказать, а могут ему родные французские спецслужбы сказать. Я напомню вам ситуацию, по-моему, годичной давности, может больше года, так называемый тулузкий стрелок. Тоже араб, который стрелял во французских военнослужащих, потом напал на еврейскую школу, его тоже где-то заперли, тоже 500 человек, тоже застрелили при штурме. Его отец потом пытался подавать в суд — то есть, тёмное дело.

Артём Войтенков: А эти братья Царнаевы, которые в американском, бостонском марафоне, тоже самое их…

Николай Стариков: Тоже самое, их не обоих застрелили. Одного застрелили, другого ранили, чтобы он не мог говорить, по-моему, там в горло как раз и дальше он начал давать какие-то нужные следствию показания. Но здесь, всё это помножено — вся муть эта ещё на самоубийство следователя. «Самоубийство» мы понимаем в кавычках.

Обратите внимания, что никто себе не задаёт вопросов громких: почему застрелился следователь. То есть дело практически закрыто, всё ясно. Он же позвонил? Позвонил в телевизор, сказал, что эти братья виноваты. Они же забыли удостоверения? Забыли. Всё, дело закрыто абсолютно. Но параллельно с этим происходит ещё захват кошерного магазина, но это такая, боковая ветвь.

Артём Войтенков: Так, а там тоже товарищ взял, позвонил и сказал, что это он, что он берёт на себя ответственность, что он от Аль-Каиды. Тоже самое всё — один в один.

Николай Стариков: Странно они как-то все действуют, но всё-таки основная странность сосредоточена вокруг этого журнала.

Артём Войтенков: Тогда зачем это всё было нужно? Чтобы сорвать переговоры?

Николай Стариков: Тут такая многоплановая история. С одной стороны — оказать давление на Оланда, если это делали американцы. Если это делали европейцы, то здесь тоже можно говорить о каком-то давлении. Но самое главное, что неважно кто взорвал, мы с вами должны понять, что никакого исламского терроризма не существует. Существует инструмент в руках западных разведок, которым они действуют на разных площадках.

— Если им нужно государство разрушать, они создают крупные боевые формирования и начинают гражданские войны, как в Сирии или Ливии.

— Если им нужно создать видимость врага для своих собственных граждан, они руками этих людей производят террористические акты у себя самих.

Хотя вполне возможно, что люди в масках были вообще не арабы, а люди абсолютно белые, а потом выставили этих несчастных братьев в виде козлов отп



16.01.2015
Loading...

Похожие статьи:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
вверх