Войти * Регистрация
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
} НОВОРОССИЯ

» » Гендиректор завода имени Малышева – о АТО, сокращениях и рейдерский захват

Гендиректор завода имени Малышева – о АТО, сокращениях и рейдерский захват



Гендиректор завода имени Малышева – о АТО, сокращениях и рейдерский захват
21 августа генеральным директором ГП «Завод им. Малышева» (Харьков) был назначен Николай Белов. Завод является основой предприятий бронетанкостроения Украины. Он специализируется на выпуске и модернизации тяжелой и легкой бронетехники Минобороны Украины и иностранных заказчиков. Это танк БМ «Оплот», модернизация танка Т-64 до вида БМ «Булат», бронетранспортеры БТР-4, модернизация бронетранспортеров БТР-50. Основную номенклатуру продукции гражданского назначения составляют тепловозные дизели и запчасти к ним.

Новому директору, который на заводе Малышева начал работать еще в 1997 году, не нужно было время, чтобы войти в курс дела, поэтому он сразу после назначения согласился дать комментарии по ситуации на заводе.

Бронетехника для АТО

- В целом у завода заказов на 4,3 млрд. грн., но основная их часть приходится на таиландский контракт на поставку танков «Оплот». Этот контракт очень важен, но сейчас главная задача для меня - организовать производство и поставка современной бронетехники для армии Украины. Есть контракт на модернизацию танков Т-64 до уровня Т-64Б1М, контракт на производство 10 новых танков «Оплот» и БТР-4 для армии. Будут другие контракты, в частности, ожидается заказ на производство «Дозоров-Б». Готовится партия БТР-4 для отправки в зону АТО для Нацгвардии, машины, условно говоря, проходят покраску. Часть БТР поставит завод им. Малышева, часть - ГП «Харьковское КБ им. Морозова» (ХКБМ). Отмечу, что БТР производятся на опытном заводе ХКБМ им. Морозова. На заводе им. Малышева освоено серийное производство основных узлов и сборка БТР, которую ведут в том цехе, где осуществляется сборка танков.

Что касается заказа на модернизацию Т-64 для армии, то минимальная партия составит 10 машин, но в зависимости от финансовых возможностей заказчика и ситуации в зоне АТО, заказ может быть увеличено до 100. На заводе также ремонтируют технику, которая была повреждена в зоне АТО, производят новые решетчатые экраны для защиты от обстрела из гранатометов.

Завод готов работать хоть круглосуточно, чтобы удовлетворять потребности армии, но нужно четкое заказы, подтвержденные финансированием, которого пока нет. Проблема в том, что в последние полтора года завод начал судиться с Минобороны. А по закону Госказначейство может перечислять деньги на предприятие, если идет судебный процесс. Эта проблема - с судебными исками - решаема, просто этим вопросом не занимались. Нужно ехать в Минобороны, общаться с ответственными за финансирование военными, и за две недели вопрос будет решен. В целом моя задача - наладить рабочие, стабильные и оперативные горизонтальные связи с Минобороны и МВД.

Оборонное производство

- Напомню, что объем наших заказов на сегодня составляет 4,3 млрд. грн. Но если в 2012 г. объемы производства составили 250 млн. грн., в 2013-м, благодаря відвантаженим пяти танкам на экспорт, - 300 млн. грн., то за первое полугодие 2014 - всего 23 млн. грн. При этом точка безубыточности составляет для завода 500 млн. грн. объемов производства на год, и наша задача - достичь ее. А план производства на 2015 г. - около миллиарда гривен. Поэтому сейчас главная цель - упорядочить производственные процессы. Предыдущая команда была подвержена развития ремонтных технологий, но завод им. Малышева - серийное предприятие, а это совсем другое направление. На заводе восстанавливают производственные процессы, в ближайшее время будет запущен сталелитейный цех, потому что нам очень нужно отливать броневые детали. От нашего завода зависит работа многих других предприятий. Мы будем давать им заказы, и это будут не только заводы, которые входят в «Укроборонпрома». Сотрудничаем, например, с ГНПО «Коммунар», которое входит в Государственного космического агентства и производит для нас системы управления бронетехники.

На заводе им. Малышева очень много свободных площадей, поэтому была идея сосредоточить на этих территориях производство всего того, что завод получает по кооперации. Но производить электронику на заводе им. Малышева было бы неправильно. Это совсем другая технологическая культура. А вот что нам близко - так это производство брони. Сейчас мы осваиваем технологию изготовления корпусов для «Дозоров». Это небольшие бронированные автомобили, сконструированные в КБ им. Морозова. Завод им. Малышева традиционно производил мощную броню для танков, а для тонкой брони существуют свои особые технологии. Одна из таких применяется на Лозовском кузнечно-механическом заводе. Мы разработали свою технологию. Думаю, проблем с нашей броней не будет. Есть особые моменты с броней, когда человек должен чувствовать, что с ней происходит, и у нас такие специалисты сохранились. Проблем в организации производства «Дозоров» мы не видим, как не видят их и в КБ им. Морозова. Главный вопрос - кто будет покупать эти машины.

Гражданская продукция

- Производство гражданской продукции на заводе полностью прекратили. Персонал пошел, но станки остались. В первую очередь будем восстанавливать производство дизелей Д100, приглашать работников. Школа дизелестроения в Харькове сохранилась на базе Харьковского политехнического института, так что все можно восстановить. Есть заказ на поставку дизелей для тепловозов, работающих на горно-обогатительных комбинатах Украины, потенциальный потребитель также - Одесская железная дорога, где эксплуатируется около 200 секций тепловозов ТЕ10. Как и раньше нуждается запчасти для Д100 Казахстан. Хотя они организовали у себя производство тепловозов с другими дизелями, но старые еще работают. Закупает запчасти, в том числе коленвалы, Туркмения. Очень хорошо зарекомендовал себя дизель 4Д80Б, который устанавливают на маневровом тепловозе ЧМЕЗ. Тепловоз получает как бы вторую жизнь, железнодорожники очень довольны. А вот дизель Д80, которых выпустили всего 20 штук, нужно основательно дорабатывать.

Что касается оборудования для нефтегазовой промышленности, то оно не сохранилось. Было много разработок, но увлеклись гигантоманией. В результате буровую вышку А125, которую строили по контракту с НАК «Нафтогаз», под нагрузкой так и не испытали.

Была еще одна тема - оборудование для добычи угля. Бурошнековые конвейеры были поставлены в Китай, после чего там организовали свое производство, отказавшись от наших услуг. Украинские шахты отнеслись к бурошнекових конвейеров как к вспомогательному оборудованию, и деньги на них не выделяли.

Броня крепка?

- После истории с иракским контрактом общественность озаботилась надежностью техники, которую производят на заводе им. Малышева. Это и понятно, ведь сейчас предприятие поставляет технику для нашей армии. Хочу успокоить людей: наша техника - одна из самых надежных в мире. Что касается причин отказа Ирака принять БТР-4, то дело совсем не в трещинах, которые были обнаружены в брони. Профессионалы знают, что корпус бронетранспортера около года «гуляет», пока не установится окончательно. Это происходит потому, что при сварке в металле возникают внутренние напряжения, которые постепенно исчезают. Может, например, неправильно закрываться двери из-за деформации корпуса или могут появиться трещины, как в случае с Ираком. Есть технологии устранения трещин и последствий деформаций корпуса в целом, о них знают все производители бронетехники. В случае с иракским контрактом вопросы нужно задавать бывшему руководству «Укроборонпрома»: были большие проблемы во взаимоотношениях посредников, руководства «Укроборонпрома» и окончательного заказчика, были внутренние проблемы в «Укроборонпроме». Сейчас все эти проблемы устранены.

Модернизация

- Программу реструктуризации завода я разработал в 2012 г. и довел до утверждения в Кабмине. Но сейчас работает другое правительство, и судьба программы не известна. А имел в виду финансирование проекта модернизации предприятия в размере 900 млн. грн. (тогда доллар стоил 8 грн., сейчас уже нужно больше денег). В эту сумму входила закупка нового оборудования и ремонт старого, концентрация производства на небольших площадях, что дало бы возможность экономить средства путем сокращения расходов на содержание пустующих зданий.

Начинать полноценную масштабную модернизацию можно только тогда, когда есть уверенность, что хватит средств ее закончить. Если такой уверенности нет, то лучше оставить то, что работает, продолжать выпускать продукцию и вести модернизацию точечно. До перестройки производства нужно подходить осторожно, советуясь с опытными людьми.

Без опыта можно наломать дров. Предыдущее руководство «Укроборонпрома», например, пыталось модернизировать завод без учета специфики этого огромного производственного комплекса. В частности, предполагалось перенести агрегатный завод, который производит двигатели для танков, на основную площадку. Теоретически - прекрасная идея, но на самом деле она неправильная. Агрегатный завод - это специфическое предприятие, у него своя дисциплина, культура производства. Сразу при строительстве его не разместили на основной площадке завода потому, что при работе кузнечных прессов и штампов создаются вибрации, которые несовместимы с производством дизелей. Поэтому ту программу, которая была в «Укроборонпрома» прежней формации, нужно переделать. Через пару месяцев мы оформим новый вариант. Не знаю, нужно будет утверждать его в Кабмине, но хотелось бы, чтобы это был государственный документ. Сложность в том, что харьковский институт «Трансмашпроект», который разработал строительную часть проекта завода им. Малышева, практически не работает. Но мне удалось забрать нашу документацию, она хранится в архиве завода. Надеюсь, что с проектом нам помогут другие работающие проектные институты.

Рассчитываю, что разрабатывать проект нам могут финансированием из госбюджета. Нужно понимать, что модернизация - остро необходима. Износ оборудования в настоящее время составляет около 90%. Общая численность станков на заводе - 13 тыс. единиц, с 1997 г. было куплено не более 20 новых серьезных станков. А молодежь уже не хочет работать на морально устаревших агрегатах - все хотят работать на станках с числовым программным управлением, обрабатывающих центрах. Мы будем стремиться к тому, чтобы за станком стоял работник, который выполняет три роли: конструктор, технолог и оператор.

Еще одна особенность ситуации в том, что предыдущее руководство негативно относилось к производству гражданской продукции. В возрождении этой сферы я вижу возможность для завода привлекать инвестиции. Поскольку привлечение инвестиций на государственный завод проблематично, мы будем организовывать частные предприятия, получать кредиты и закупать новейшее оборудование. Оно будет использоваться и для производства оборонной продукции. Планируется также смягчать дефицит современного оборудования, вступая в кооперацию с уже модернизированными предприятиями. В частности, на заводе им. Малышева нет лазерной резки, которое заменяет фрезерные операции на листовой стали толщиной до 12 мм. Станок для лазерной резки стоит почти миллион евро, что для нашего предприятия дорого. Мы включили в кооперацию Харьковский ортопедический завод, где такая резкая является. Но у нас в планах - купить свой станок для лазерной резки, нужна также гидроабразивная резка.

Есть идеи сотрудничества с иностранными производителями бронетехники. Я общался с представителями польского концерна «Бумер». Их позиции сильно ослабило решение правительства закупать импортные танки «Лепард», но они продолжают работать, у них много интересных решений, и, может быть, мы будем с ними плотно сотрудничать даже и в кооперации. Если будет нужно, то мы сможем поставлять технику по стандартам НАТО. Если этого не будет нужно, то у нас есть много других заказчиков.

Кадры

- Работа на заводе в целом идет стабильно, но есть долг по зарплате за два месяца - июнь и июль. Зарплату за июнь погасим в ближайшее время. Кроме того, будем выплачивать премии тем, кто работает в полторы и две смены. Отмечу, что мы не заставляем людей работать - они сами остаются.

К сожалению, если в 2012 г. на заводе работало 4000 человек, то сейчас - только 2,5 тысячи. На предприятии ввели трехдневный режим работы, отменили надбавки специалистам, которых нужно содержать. Много освободилось: мы потеряли почти всю технологическую службу, большие потери среди станочников. Но после начала кризиса прошло только два месяца, и люди еще не успели укорениться на новых местах. Я постараюсь вернуть их на завод.

Всего планируется набрать только инженеров около 100 человек, не снимается проблема станочников. Будем обращаться за помощью в наши профильные вузы; аэрокосмический университет, ХПИ и автодорожный. Рассматриваем и возможность привлечения выпускников техникумов. Но сейчас, прежде всего, нужны инженеры, и вот почему. Например, наш главный технолог Николай Гожев - специалист высочайшего класса. С ним пройден серьезный путь от разработки проекта участия в турецком тендере до проекта пакистанской ремонтной базы. Но его возраст - 65 лет, и ему нужна помощь в работе на компьютере. Так что без инженеров новой формации нам будет очень сложно. Приглашая людей на завод, обещаю, что зарплату будем платить вовремя, и ее уровень будет достойным.

Рейдерский захват?

- В СМИ появились комментарии по поводу моего назначения, прозвучала даже информация, что был рейдерский захват. Поясню: меня назначил генеральный директор «Укроборонпрома» приказом от 21 августа. До этого я около месяца участвовал в совещаниях, которые проходили в «Укроборонпроме», предлагал свои наработки по заводу, ведь я уже работал директором предприятия. Утром 22 августа я и первый заместитель генерального директора «Укроборонпрома» Сергей Пінькас зашли на завод им. Малышева. Предыдущего директора на предприятии не было, хотя он должен был присутствовать на совещании, которое в этот день организовал заместитель по производству «Укроборонпрома» Юрий Пащенко.

На совещании меня представили коллективу, и я начал выполнять свои обязанности, получил заводские печати и поехал на представление губернатору Игорь Балута. После возвращения на завод был небольшой эксцесс, ведь предыдущий директор посчитал, что приказ на мое назначение незаконный. Но эта проблема решилась и вечером 22 августа я попал в свой кабинет.

Внешние риски

- Ничего критического, что может повлиять на работу завода, не предвидится, хотя сложности есть. Если взять, например, энергоносители, то завод не сможет использовать газ для отопления цехов, как это было раньше: газ для нас очень дорогой. Поэтому разработаны варианты отопления отдельно для некоторых цехов, будет применяться дровяное отопление булерьянами на небольших участках, которые нельзя перенести в другие отапливаемые цеха.

А вот, например, ситуация с валютой, которую по постановлению НБУ нужно будет продавать в полном объеме, для нас вообще не критична. Валюта у нас никогда не задерживалась, поэтому нам все равно - сдавать по частям или всю сразу. На счетах деньги задерживаться не должны. Единственная может быть проблема, если нужно будет закупать что-то за рубежом. Но мы сейчас этого практически не делаем.


04.09.2014
Loading...

Похожие статьи:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
вверх