Войти * Регистрация
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
} НОВОРОССИЯ

» » Четвёртая часть текстовой расшифровки. Окончание. Большое интервью "Прапора" за 09.11.2014. ВАЖНО!!!

Четвёртая часть текстовой расшифровки. Окончание. Большое интервью "Прапора" за 09.11.2014. ВАЖНО!!!



Это второй видеоролик большого интервью "Прапора" за 09 ноября 2014 года.
Почти месяц назад ( 09 ноября 2014 г.) вышло видео интервью "Прапора".
Интервью получилось очень большое. Больше 1,5 часов! Понимаю, что сейчас мало кто
может позволить себе выделить столько времени, чтобы внимательно это послушать.
Но это интервью действительно очень интересное и важное! Как я уже говорил,
"Прапор"-очень интересный, цельный человек. Он давний друг Игоря Ивановича. Познакомился с ним
ещё в Приднестровье. "Прапор"принимал активное участие в боевых действиях в Новороссии.
Трижды ранен за эту войну. Очень интересно послушать такого человека.
Поэтому я попросил неравнодушных граждан помочь мне в текстовой расшифровке этой беседы.
Очень удобно "пробежать" по диагонали текст. И по необходимости послушать какие-то моменты.
Откликнулось несколько человек. Я выражаю им свою искреннюю благодарность! Особенно Ирине У.
Спасибо! Вы сделали очень большую и важную работу!
Интервью очень большое. Я разделил его на несколько частей. Итак. Первая часть интервью.

Вторая часть текстовой расшифровки:
 22:41 С.С. –«Прапор», Вы затронули такой вопрос, такое понятие, как «честь русского офицера». Скажите, какой смысл Вы вкладываете в это понятие.
22:50 «Прапор» - Как идеал, это конечно Стрелков. Идеал. Если эта честь есть, то идеал – это Стрелков. Все, кто под этот критерий не попадают, у которых нет такого пути, жизненного. Кто ведет себя не так в жизненной обстановке или схожей, тот для меня человек бесчестный, скажем так. Мне этот человек не интересен. Хотя о таком понятии как «честь офицера», «честь десантника», мне скучно и неинтересно эти темы обсуждать. Потому что для меня… я – окопный, скажем так, человек. Для меня не интересно, что там было до этого. Мне интересно, какой ты в бою человек. Понимаете, например, я видел в том же СлАвянске, как люди умирали от инфаркта…. Это бывшие советские офицеры. Бывшие советские офицеры, которым под 70 лет. Был случай, когда минометная батарея, человек старый он помогал, пожилой офицер бывший, пенсионер… Я не знаю кем он был, на пенсии, может полковником… Хотя я видел полковников, которые были рядовыми, под 70 лет которым. Вот, например, «Батя» - он полковником уволился с армии, он был рядовым у нас в Семеновке. Это потом начал расти, потому что навыки, как говориться, не пропьешь. А эти наши советские офицеры, они и в караулах, хоть и старые, в караулы ходили. Я знаю случай, как и от инфаркта человек умер во время боевой операции. Да, я бы сказал, что у них честь офицера сохранилась. Но, я бы хотел спросить, а где эта честь была в 91-м году, когда ваше государство разрушили? Для меня это очень странно. У меня, например, дядя на Сахалине, он был функционером, скажем так, политическим. Какую-то должность занимал в обкоме, что-то с комсомолом связанное. В принципе, когда он, с обиженными словами, говорит: «Где они были? Они должны погибнуть были все, но не сдать Советский Союз». В принципе, я его понимаю. Да, он прав. Они должны были все погибнуть. А они или промолчали, когда их страну разрушали, или, как Лебедь предали ее. Кто там у нас был министр обороны то… Лебедь – это командир…
25:01А.Р – Грачёв?
25:02 «Прапор» - Грачёв. Предали и вошли в состав мятежников. Ни о чем при этом не думая, кроме своего личного обогащения, своих преференций. Ни о чем не думали. О чем они думали, когда разрушали эту страну? Они думали о чем-то возвышенном? Где они декларируют о своем этом возвышенном? Где они хоть раз сказали, что они думают, что лучше будут жить дети, окружающие их. Они об этом не думали. Они думали о своей личной выгоде, о своем комфорте, о том, что вот они, наконец, попали на волну, и теперь они достигнут всего, что хотели, что не достигли б никогда до этого в жизни. Это ужасно. Это ужасно, деградация.. И конечно, на тех людей, мы не должны ориентироваться. Я думаю, все-таки, что самые прекрасные офицеры, на которых мы можем ориентироваться – они погибли, конечно, во Вторую Мировую Войну. Потом это пошло поколение конформистов, желающих только, только мечтающих о том, чтоб дожить до пенсии, жрать от пуза, пить и спать. Ну, такие примеры, я могу привести. Например, я призывался с Киева, призвали в ВДВ, специально прыгал, прыжки для этого сделал, чтоб именно попасть в ВДВ. Вот такой одухотворенный, такие возвышенные чувства были, терпеть все что угодно, но чтоб… Всё стерплю...
26:15 А.Р. – Романтика…
26:15«Прапор» - Да… Садимся в поезд. Нас сопровождает сержант ВДВ с Гайжюнай и капитан Капустин, как оказалось потом, я его встретил в учебке в Каунасе. И что я вижу? Идет по проходу этот сержант, здоровенный, двухметровый детина, прячет глаза и несет фуражку этого капитана, пьяного, лежащего на полке, и требует со всех деньги. Не требует, просит. Ему бросают в фуражку деньги. Они, говорит, все равно вам ребята, не пригодятся. Думаю: «О, ну-ну…» А я уже тогда задумывался о будущем сценарии… нормальный думающий молодой человек, сидел и думал сценарий «социализм, капитализм, что лучше? Что дальше впереди нас ждет?». То есть, не простой обыватель. Задумывался о будущем, что нас окружает, смотрел людей, людей сравнивал, коллекционировал типажи людей вокруг себя, просто был думающим человеком. Приезжаем в Гайжюнай. Тут еще один факт из советского офицерства. Идем через строй офицеров, стоящих с рюкзаками, потрошащих у нас сумки. А там эшелоны, эшелон за эшелоном приходит, нас прям целая вереница… как в Освенцим, в газовую камеру. Идем, и они потрошат сумки… колбасу, ну, с Украины ребята, домашнюю колбасу, еще что-то, пироги.. перекладывают. «Вот это да! Вот это концерт. Вот оно - офицеры». Скажем так, на Сахалине у отца были знакомые офицеры, они были другими, почему то. Здесь же я встретился с… То есть, я долго дома не жил, лет пять как уже ушел из дома, и что-то за эти года изменилось, очень кардинально изменилось, очень кардинально. Деградация произошла буквально, быстро. У нас на Сахалине были другие офицеры, я видел их другими. Друзья – дети были офицеров, я в воинскую часть ходил, видел отношения солдат и офицеров в воинской части в Южно-Сахалинске, там совершенно другие были отношения. И вот, за пять лет, видимо, вот это все в стране по наклонной то и поползло. Потом помню, когда они вот это отбирали продукты, у призывников, приехал командир дивизии, человек чести. Он этим возмущался, разгонял. Он только уехал – они опять как свора налетели. В воинской части, где я служил, учился в Каунасе, офицеров тоже мало видимо. Я думаю, как же, если сейчас война, что ж мы будем учить. Ведь учит сержант, к чести его сказать, хоть мне и казалось, что через пень-колоду он нас учил. Как же его звали…. Кошкарев, с Кемерово был парнишка, гадкий, мне казалось, парнишка. И сейчас так же кажется. Но он хоть чему то нас учил. Придя в армию – там вообще нам ничему не учили. Там люди, пять часов, все – они бегом домой бегут, бегом. Я удивлялся. Кому эти классы, к чему?
29:07 А.Р. – Это ВДВ, в армии?
29:08 «Прапор» - Да. Потом поехали на запасной командный пункт. Меня отправили служить, Палкино, кажется, деревня, в лесу, 10 километров от Пскова. Высокий офицер, на слуху который у всех. Мы бегали, ловили по лесу… изнасилованных, или пытался изнасиловать тех девушек. Он с 47- го года, как мой отец.
29:35 А.Р. – Это высший офицер?
29:36 «Прапор» - Да. Он ровесник моего отца. Я думал: «Боже мой.. Почему мой отец себя так не ведет? Почему мой отец другой?». Как такое могло случится? Как такая деградация? Я не удивился, когда все это рухнуло, и ни одна эта амёба не встала на защиту своей страны. Ни одна эта амёба не встала. По этому, всем офицерам, и всем порядочным людям нужно ориентироваться на таких людей, как Стрелков. Уверен, что он не единственный сейчас такой, не единственный. Но это – идеал офицерской чести. То есть, других людей в своей жизни, которых я могу сказать, офицерской чести, я не встречал. Кого можно поставить в пример.
30:18 А.Р. – Спасибо за Ваш ответ. И, я вот о чем хотел бы поговорить, о СлАвянске. В одном из недавних интервью, вы сказали, что СлАвянск – город особый, особенный. Что, чуть ли не каждый четвертый человек, там тоже особенный. Что заставило Вас так думать? Почему я об этом спрашиваю, потому что именно там-то все и началось. СлАвянск стал тем рубежом, после которого, история, если угодно, новейшая история современной России, да и не только России, она изменилась.
30:50 «Прапор» - Да. Я подтверждаю, что это особенные люди. Движение Новороссии подчерпнуло самых талантливых людей из местных ребят, самых талантливых и смелых командиров, самых талантливых, именно с этих рядов. И сами люди, они были готовы, эти люди и были Русским миром на чужой, оккупированной территории. Они это сознавали, они нас любили, и многое, очень многое нам прощали во время обстрелов. Очень многое прощали.
31:30 А.Р. – Русский остров получился?
31:31 «Прапор» - Да. Именно на этом месте, то есть, я не знаю весь Донбасс. Может, в других местах, и не хуже было. Но в этом именно месте, я поразился этим русским людям. Приезжаю, например, на окраину, на целинные районы окраины СлАвянска, проходя, осматриваю позиции, где будет у меня позиция размещена. Иногда, просто, например, подразделение баррикаду строило, я приехал от «Стрелка», чтобы определится, где, что будет, потом на карту нанести, посоветоваться, посоветать и посоветоваться с ребятами, где, что будет. Проходя через поселок этот, Царицыно, люди выходили… кто-то давал маскировочную сеть, кто-то потом приносил еду. Вот она день только баррикада, поставили – стоит. Сами ж СлАвянск поставили, не мы. Они приезжает, сами ставят баррикаду, их жители. Ищут, ставят, уже и стол принесли, скамейки, они принесли казан, они варят компот, борщи и всех кормят. Никто не заставлял, не просил, и не надо было это делать, потому что централизовано было налажено питание. Тыл, тыл был налажен сильно, была у нас такой зам по тылу – «Вика-Вика» у нее был позывной. Вот, от и до. Она обеспечивала нас продуктами, никогда мы перебоев не знали, ни с продуктами, ни с вещами, благодаря ей. Поэтому, вот это участие местных жителей в обеспечении питания на баррикадах не требовалось совершенно. Но они это делали, каждый хотел из дома что-то принести. В том же Царицыно, в целинном районе, только стали для рекогносцировки около одного дома, с машины вышли, тут же вышла женщина с подносом, чай, бублики, какие-то пирожки. Угоститесь, пожалуйста, попейте. И что самое поразительное, я... например, на Украине, отец у меня с Украины, родственники там. «Добрый ранок» - они здороваются. Нет, там только «Здравствуйте». Только, чисто на русском языке, без всякого акцента. Никто, ни в самом СлАвянске, ни в деревнях рядом, никто не говорит по-украински, даже на суржике. Все говорят только по-русски. Что поразительно. Меня это очень сильно поразило. То есть, там вообще Украиной не пахнет, даже близко. Только бы если не крашенные скамейки с урнами, никогда бы не подумал, что находишься на территории Украины.
33:53 А.Р. – Вы рассказывали в одном из интервью об особом отношении многих слАвянцев к смерти. Фактически равнодушию к смерти. Причем, от маленьких пацанов, заканчивая там взрослыми и престарелыми мужчинами. Что это, скажите?
34:12 «Прапор» - Фатализм. Русский фатализм, неизбежность, или может принятие самого постулата загробного мира. Да. Они может не бояться этого, потому что ходят в церковь. У них огромные прекрасные храмы. Удивительно, что вот этот храм… Я сначала думал, что там горит на небе, за деревьями. Там крест, как заходит солнце – он горит алым пламенем этот крест, просто реально, алым пламенем. Люди, ходят по улицам, не стесняются креститься. Не стесняются поминать Бога, ежеминутно. Реально люди, и командиры, пришедшие к нам со СлАвянска, были очень набожные, православные. Священнослужители в городе – они тоже особенные, они же пострадали очень сильно. Одного из них запытали «правосеки». «Правый сектор» запытал до смерти. Ведь там же грань произошла взаимодействия, там же вот эти, «турчиновские» баптисты. У них там тоже большая секта, их там самих, скажем, не очень много. Но они приезжают издалека и форумы там всякие проводят. Там идет противостояние: сектантства и чистого православия. Именно в этом городе, грань проходила. Там борьба шла незримая многие годы. И вот эти баптисты они перешли на сторону украинской армии и на их стороне они воевали, помогая агентурно им, была раскрыта агентурная сеть, баптистская. Реальные данные раскрыты были. Они сами признались в этом, и вещественные доказательства этого были. Мало того, есть точные данные, что химическое оружие привезли именно они, на завод соды под Балбасовкой. Именно они привезли, потому что «Правый сектор» боялся ее везти, чтоб быть обвиненным в этом. Они на себя взяли эту ответственность.
35:48 А.Р. – Задам тяжелый вопрос, может даже провокационный, в какой-то степени. Но, считаю себя, просто обязанным спросить. Присоединение Крыма, в первую очередь, все событие, которые происходили, происходят в Новороссии, во вторую очередь, без сомнения укрепили нынешний политический режим. Без сомнения – он укрепился. Особенно, если говорить об авторитете, рейтинге того же самого Путина. Кроме этого, на мой взгляд, подавляющее большинство бойцов Новороссии, ополченцев, сражающихся, сражавшихся, четко осознают, что они бьются не только за Донбасс, не только за Донецк, не только за Луганск, они бьются за большую Россию. За большую Россию, за весь Русский Мир. Следовательно, защищая Россию, они защищают и нынешний политический режим, режим Путина. И, мы все это время видим, я это вижу своими глазами, и вы об этом говорите, о том, что ополчение нуждается в помощи. Причем в помощи, казалось бы, в самых прозаических вещах. Речь идет об обмундировании, речь идет о продуктах питания, о медикаментах, и так далее, и так далее. И вот возникает в этой связи вопрос. Для властей, для нынешнего режима, одеть, обуть, накормить, обеспечить всем необходимым 50 тысяч человек, ополчение, я так думаю, сейчас и 50 сейчас не насчитывает, задача элементарная. Особенно, если это соизмерять с теми расходами, которые есть на такие проекты, как Олимпиада, как будущий Чемпионат Мира по футболу и так далее. Почему так происходит?
37:30 «Прапор» - Начнем говорить о количестве. Во-первых, количество конкретно воюющих, которых нужно одеть-обуть, не более 2-х тысяч человек, остальные бездельники. Бездельники и трусы, которые не хотят воевать, и никогда воевать уже не будут. Вот. Потом о рейтинге, скажем так. Не знаю, я перед Крымом не заметил, чтоб у Путина были какие-то проблемы с Путиным, с рейтингом. Разве были они у него?
37:54 А.Р. – Но он вырос, объективно вырос, и авторитет его вырос.
37:57 «Прапор» - Можем.. скажем так, что запас у него стал намного больше по рейтингу. Мировая, если, популярность, то вообще зашкаливает. Если б сейчас мирового лидера выбирали, то Путин, я думаю, был бы… наверняка, выбрали бы его. Если б мировое правительство было бы…
38:10 А.Р. – Так последнее, не помню, издание, но очень крупное издание, составляя рейтинг ведущих политиков, поставили по авторитетности, если взять среди всех мировых лидеров, Путина на первое место.
38:22 «Прапор» - Я думаю, что Путин эволюционирует и растет вместе с нами. Мы не такие как были вчера, а завтра мы не такими будем, как сегодня. Идет просто переоценка ценностей. Они ценности были, где-то там может, под коркой мозга, где-то там на периферии сознания, памяти. С возрастом, со сменной обстановки, может в связи с угрозой нашему государству, выходит на главную роль. Оставить, соединить, оставить потомкам государство, а не квази- какое-то там формирование. Или, тут вариантов же много. Может он знает о нападении, которое вот-вот уже на подходе. И просто опередил эти события. Просто опередил, чтобы эти люди не остались в оккупации у западного мира, который будет наступать, правильно? Все может быть, но факт остается фактом. Русские проснулись, и мы сейчас живем, мы сейчас находимся в начале русского тысячелетнего ренессанса. Мы другие, мы новые русские, как раньше это было, «новые русские» в малиновых пиджаках. То сейчас мы реально новые русские, мы не те русские, которые были в 19-м, в 20-х веках, в начале 20-го века, мы другие. Мы не такие мягкосердечные, более жесткие, решительные. Мы более сознательные, большинство русских знает свой манёвр.
39:45 А.Р. – Мы менее доверчивы, нас труднее обмануть.
39:46 «Прапор» - Совершенно верно. И самое главное, что каждый русский сейчас знает свой манёвр. Как у Суворова. Он знает, чего требуется нации, он знает, что требовать впереди, он увидел впереди цель. Он увидел впереди цель для своего существования, существования своим потомкам. Он и главное увидел за эти годы, он увидел угрозу. Не та гипотетическая угроза при коммунистах, где за железным занавесом, с бомбами, карикатурами и прочее... Он увидел, чем это грозит ему, он увидел, увидел этот всплеск наркомании, он увидел этот гомосексуализм, когда к власти приходят психически нездоровые люди. Что такое гомосексуализм? Это психическое отклонение, это психическое заболевание. А к власти в мире приходят такие люди. А эти женщины, министры иностранных дел, феминистки, лесбиянки, пришедшие… министры обороны!? Четыре министра обороны сейчас в Европе женщины, с лесбиянскими наклонностями, это психически нездоровые люди пришли к власти. И они держат руку на кнопке. Здесь уже нельзя быть равнодушным, нельзя просто пассивно смотреть на эту жизнь. Впереди у умного, думающего человека уже идет проблема выживания твоих детей. Ты умрешь, но они тебе этого не простят.
41:03 А.Р. – В развитие предыдущего вопроса, спрошу вот о чем. Если бы в мае и июне, вам, в первую очередь стрелковцам, и тем, кто объединялся вокруг вас, дали все необходимое, с точки зрения вооружений, и с точки зрения снаряжения. В первую очередь, речь о тяжелом вооружении. И главное не мешали воевать, какова бы была сейчас картина там на фронте?
41:31 «Прапор» - Как минимум, Донецкая и Луганская область, украинская армия бы не перешла административные границы. Как минимум. Огромная… тысячи людей, были готовы взять оружие и умереть в то время, за идею Новороссии. Оружия не было, помощи не было никакой.
41:57 А.Р. – Я просто помню, как это было.
42:00 «Прапор» - Помощи не было никакой. С голыми руками, и на одной дезинформации врага в то время мы вылезли, на самом деле. На голой дезинформации. Тот же «джихад-мобиль» у «Моторолы». Я ему предложил, назови его и подпиши.
42:15 А.Р. – Оперативная смекалка, да?
42:16 «Прапор» - Да. Они страшно паниковали и боялись чеченцев. «Боцману» и «Кирпичу», двум бородатым дядькам, молодые ребята, но у них бороды такие были русские, окладистые… Попросил их кричать «Аллах Акбар» после нападения на укров, и даже «Мотороле» подарил мегафон для этой цели. Вот так вот… И они поверили, на самом деле они действительно поверили.
42:44 А.Р. – А самое главное, не было б таких разрушений, не пострадала б так инфраструктура, не было б таких жертв в первую очередь среди мирного населения, правильно? И республики уже занимались бы действительно государственным строительством.
43:00 «Прапор» - Если у нас в стране пятая колонна? Конечно, есть. Может ли Путин отдавать приказы, которые выполняют неукоснительно и так, как он хочет? Нет. Так же как нет этого.. и у нас этого не было. И у Стрелкова было так же. Мы отдавали приказы, а люди их не выполняли. Мы ничего не могли сделать. Пока сам не пойдешь и не выполнишь этого. Хочешь сделать, как положено, сделай сам. Вот так вот получалось. Это люди. Тем более в России за 23 года, там все раньше, правда, началось, врагов много. Похвастаться неукоснительным соблюдением приказов мог в России только Иван Грозный, благодаря опричникам. Не один царь потом не мог добиться в стране, чтобы выполнялось так, как он этого хотел. И уверен, что Путин не хотел этого. Не хотел, чтоб так это произошло. Но машину эту… окружающий мир вокруг него он не может остановить. Мало того, эта машина угрожает самому ему. Если он перегнет палку – она его уничтожит, эта машина. Вот в чем дело. Они может этого сейчас и не сделали, хотя мечтают об этом, только благодаря таким, как мы, русским. Они знают, что если они что-то сделают с руководителем, который поднял ВВП в десятки раз, золотой запас в 78 раз за двенадцать лет. Нет в мире руководителя, который добился таких успехов. В 14 раз за двенадцать лет поднял пенсию, покажите мне страну, где такое же произошло. Покажите мне ее. Нет такого руководителя в мире. До него такое наверно мог Сталин, в тех условиях. Он, по большому счету, страну взял с нуля, разворовали все до него, все что можно было. Он национализировал нефтяную промышленность, газовую на 95% О чем мечтали коммунисты, они все кричали? Почему они не поддерживают его? Их мечту, вообще то, он в жизнь… провел их лозунги. Национализировал эти мощности. Они остались у государства. Они разворовали, не сохранили золотой запас. Но восполнил многократно, запаса не было у Советского Союза, как сейчас. И были люди, которые стоят против него, пятая колонна, они понимают, сейчас, благодаря Донбассу, где мобилизовались русские люди, они понимают, что исчезновение Путина, не принесет им победы. Их растерзают, и жизни не будет этим людям.
45:29 А.Р. – Раз речь зашла о Путине, то сначала выскажу несколько мыслей на этот счет, потом задам вопрос. Трагедия России, в значительной степени, заключается в том, что у нас фигура руководителя, лидера страны, лидера нации, она является стержнем, на который… на котором очень часто выстроена и стоит, держится вся конструкция. И тогда, когда происходит период передачи власти, от одного человека другому человеку, вся страна, вся система подвергается огромным рискам. Огромным рискам. И вот сейчас, мы находимся в таком же состоянии, на мой взгляд. Когда Путин, как гвоздь, как ось, нанизал все в Российской федерации на себя. А многие институты в обществе, государстве, и в экономике, и в политике, они просто не работают. И, соответственно, в случае потери некой стабильности, мы можем попасть в такой кризис, из которого вообще не понятно как выбираться. И в этом главная проблема Путина, главный риск. Тем более, что ряд институтов, которые, как бы, должны работать в обществе и государстве, заменены, ну, назовем их, своими вещами, личными договоренностями. И гарантом этих договоренностей, Путин, в значительной степени, выступает. Выступая человеком, который выполняет роль арбитра элит, человеком, который соблюдает баланс интересов и так далее. В этой связи, в ситуации кризиса, тогда, когда элита начинает раскалываться и часть из нее четко поворачивается на Запад, на кого будет опираться Путин? У него есть эта опора? Если мы говорим о широкой опоре с Вами.
47:20 «Прапор» - Давайте так. Это закономерный процесс эволюции. Как многие недовольны, что к власти там пришли олигархи и прочее. Но никто не отменял становление нового государства, закон накопления начального капитала. Вопрос же стоит не так, что кто-то миллиард себе сделал. Вопрос стоит в том, как заставить этого человека, этот миллиард потратить на благо народа, который разрешил ему этот миллиард заработать. Своровать, не важно.. накопление.
47:48 А.Р. – Ну, народ никто не спрашивал. Можно или нельзя.
47:49 «Прапор» - Вот. Это идет эволюция. Эволюционный процесс. Если мы уничтожим олигархов сейчас, просто расстреляем всех, а деньги поделим. Мы опять оттолкнемся на 20 лет назад, и, все равно, не мытьем так катаньем… Никто законы эволюции не отменял, экономической. Все равно, появиться через год-два олигархи, из тех которые их уничтожили, кричали громче всех, и также будет… годы, 20 лет потеряем. Везде должен быть спокойный эволюционный процесс. А передача власти Путин кого-то, это, понимаете, было актуально, скажем, год назад, цивилизованно, эволюционно. Чтоб кто-то там, общество вырастит… Время упущено, и не нами упущено это время, время упущено миром, по отношению к нам. Красная кнопка третьей мировой уже нажата.
48:39 А.Р. – То есть, точка невозврата пройдена?
48:40 «Прапор» - Да. Санкции, в которые сейчас вошел мир. Эти трехсменные заводы, которые сейчас штампуют «першинги» и другие ракеты, эти тактические беспилотники, в бешеном темпе, чтобы не повторить историю первой иракской войны, когда ракеты кончились через две недели, уже не остановить. Жадность.. уже мир поделен, территория поделена, и люди поделены, понимаете? Это, как может, помните, фильм «Живые и мертвые» у Симонова, когда окруженцы вышли с окружения нашей части, подъехали к разрушенному посту, и голос за кадром говорит: «Они еще не знают, что они уже поделены на живых и мертвых…» В эти минуты… Мы уже поделены на живых и мертвых, понимаете? Этот процесс уже невозможно остановить. Из этих санкций, которые сейчас в мире… который мир в истерии сейчас находится, мирным путем выйти невозможно. Эта ситуация повторяет примерный сценарий, только в более масштабных таких размерах, как 1853 год, когда против России, на пустом месте, между конфликтом двух государств, в Черном море, Турции и России. Вдруг, просто на ровном месте, истерия достигла такого масштаба, что они уже не могли остановиться, и вся западная коалиция воевала против нас. От Баренцево море до Чукотки. Реально, это была мировая война, по большому счету, с нами. Мира с нами. И сейчас та же история. Сейчас говорить о преемственности власти, глупо и непродуктивно, на самом деле.
50:00 А.Р. – Сейчас получается, что не только Россия подошла к системному кризису, весь мир подошел к системному кризису. И эти моменты совпали.
50:08 «Прапор» - Да. Но любой экономический кризис, мировой – он заканчивается войной. Его и так оттянули. Что такое экономический кризис? Это когда молодые акулы, зубастые, хотят для себя кусочек под солнцем отхватить. И отхватывали. В данный момент, кризис затянулся. Эти акулы еще зубастей оказались старые, чем молодые, намного. И поэтому сейчас развернется война всех против всех. Через год уже все забудут причину, и ради чего все это делается. Сейчас же это война не систем. Сейчас уже просто война непонятно кого с кем. Капитализм с капитализмом же уже борется. Это ж не социализм с капитализмом. Сейчас просто будет тихий ужас. Как первая мировая война, когда вообще непонятно зачем все это было, произошло. Просто амбиции людей. Но не наши амбиции, амбиции на Западе. У нас амбиции скромные. Нас просто, не обижайте нас. Вся война на Украине началась из-за чего? Из-за того что пришли к власти неонацисты. И все, не обижайте русских. И русские не пойдут к вам. Почему не идут в Белоруссию, почему не идут в Казахстан. В Казахстане проблема тоже есть. Но там никто не орет на уровне правительства: «Смерть русским!» У Казахстана с Беларусью границы нет с Россией, но, тем не менее, они не теряют свою валюту, и свою государственность, правильно?
 
 
 
 
 
 
Третья часть текстовой расшифровки:
00:00 А.Р. – «Прапор» вопрос о русских. Русские на мой взгляд – народ войны. Вы говорили о том, что человек не военный, даже без военной подготовки, попадая на войну, реальную войну, очень быстро, очень часто, становился буквально на глазах воином за несколько суток, включалась некая память глубинная, генетическая. Вот расскажите об этом.
00:34 «Прапор» - Да, такие вещи наблюдал не раз. На самом деле у нас там профессиональных военных было ограниченное количество людей. То есть, я себя к профессиональным военным вообще не отношу, на самом деле. Я – самоучка, по интуиции работаю, сильно развита интуиция. Это известно среди моих друзей. Предчувствие и прочие вещи, и плюс жизненный опыт. Учиться у кого-либо - там не было училищ, селекция происходила во время боя, во время боев. Люди погибали, люди учились на ошибках, люди смотрели - кто мерзавец, кто идиот, а кто может… Например, взять тот же пример «Моторолы». На самом деле, «Моторола» не был вообще заметен в начале войны, в течение месяца. Он был где-то там в караулах, скажем так, незаметно. Его затмевали всякие мнимые спецназовцы, прошедшие две Чечни, какие-то командиры охранных киевских агентств, и прочие люди – огромные, двухэтажные верзилы, с позывными, там, «Одесса» и прочие. Он не был, этот человечек, замечен. Он реально был – человечек, чертик с табакерки, классный парень, парень обаятельный, душа компании, и все. На этом – все, понимаете, заканчивалось. Но, как только нужны были боевые действия, надо было ехать, выручать, спасать, пробивать, наступать, эти люди исчезли. Они дезертировали, эти все огромные люди. И остался вместо них, один «Моторола». Этот скромный сержант с морской пехоты, он взвалил на себя весь этот груз, он вытянул его. Он вытянул целое направление, на него можно было надеяться. Он спасет, исправит положение, где критическое. Этот человек, он гармонично прекрасен во всем. Он может петь песни, он может помочь человеку, он может спросить и послать на бой, на смерть. Не смотря на то, что он всегда на самом остром участке, у него самые маленькие потери в подразделении, самые маленькие потери. Что могу сказать… у него есть один пунктик, его очень любят люди и любят женщины. Он никогда своих людей не бросает. В горисполкоме, где штаб спецназа был, где они базировались, все девушки, повара, которые там находились, которые во время выхода из СлАвянска, про них забыли… Он, не смотря ни на что, когда уже в СлАвянске уже никого не было, с Николаевки зашел туда, всех забрал, до единой. Никого не забыл, всех нашел по городу, всех вывез.
03:40 А.Р. – То есть, он не просто воин, он еще и настоящий командир.
03:42 «Прапор» - Командир, и человек с большой буквы. Реально, человек с большой буквы. Да, он молод, да, у него есть проблемы роста. Есть, ну почему нет. Да, и была проблема звезды, скажем так. Он преодолел эту проблему, преодолел.
04:02 А.Р. – То есть, внутренний потенциал позволил ему… переболеть это все.
04:03 «Прапор» - Зачатки звездной болезни были. Он переболел, спокойно, непринужденно. Нормально. Критику воспринимает хорошо, делает из нее выводы всегда.
04:15 А.Р. – То есть, слышит.
04:16 «Прапор» - Да, адекватно совершенно. Совершенно адекватный человек, совершенно адекватный человек.
04:20 А.Р. – Вы согласны с тем, что воин, именно, воин – это особый сорт людей. И, что среди русских, если брать в пропорции, эта пропорция значительна, она велика. Именно воинов среди русских.
04:35 «Прапор» - У меня воюют все. У меня никакой пропорции нет. Все приходящие ко мне люди, они все ту или иную роль, в военной машине, будут выполнять.
04:47 А.Р.


07.12.2014
Loading...

Похожие статьи:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.