Был день рождения разный, день гибели один: их объединили Донбасс, война и смерть

Глава ЛНР Леонид Пасечник обвинил президента Украины Владимира Зеленского в гибели четверых ополченцев в результате артобстрела населенного пункта Золотое-5 – как верховного главнокомандующего ВСУ, по чьему приказу обстреливают жилые районы Донбасса

Вот так: меняются президенты Украины, идет вялотекущий минский процесс, а обстрелы продолжаются каждый день, и каждый день убитые.

Бойцы каждый день находятся на острие, каждый день, уходя на боевое дежурство, не знают, не станет ли для них этот день последним.

Между тем, у каждого из них есть своя жизнь, имя и своя судьба. И она зачастую совершенно не похожа на то, что рисует нам военный кинематограф. Да и настоящих профессиональных военных там, среди них, может и вовсе не быть.

8 февраля 2017-го, три года назад в Донецке был убит бывший охранник супермаркета Михаил Толстых (Гиви). Убит подло, исподтишка, ибо в реальном бою украинским боевикам более трех лет этого не удавалось. Вот только хоронить Гиви вышло больше народу, чем в Киеве собиралось на «Майдан». Это было очень пронзительное зрелище, и мне бесконечно жаль, что каждому воину Новороссия не может оказать такие же почести, хотя многие их достойны не в меньшей степени, чем Гиви, Моторола, Захарченко, Мозговой.

Каждый день в календаре войны — это чья-та смерть. Для меня 8 февраля это не только Гиви, знать которого лично не мне свезло. Для меня это день памяти трех бойцов Добровольческого коммунистического отряда бригады «Призрак», для которых война закончилась пять лет назад — в 2015-м, в самом начале дебальцевской операции под Комиссаровкой в ЛНР.

Всеволод «Ковыль» Петровский 11.04.1986 – 08.02.2015.

Евгений «Таймыр» Павленко 02.11.1979 – 08.02.2015.

Сергей «Сеня» Корнев 30.07 1983 – 08.02.2015.

Им выпал миг прекрасный
Среди лихих годин,
Был день рождения разный,
День гибели один.

Эти строки написал российский поэт Александр Харчиков — совсем про другую войну. Но именно они почему-то всякий раз приходят мне в голову.

Трое бойцов под вражеским огнем эвакуировали раненного разведчика. Снаряд разорвался буквально в паре метров от них. Самое парадоксальное, что раненый выжил. А трое, кто пытались его спасти – нет. Причем, для двоих из них это был буквально второй или третий боевой выход. Совершенно разные люди, из разных городов, до этого не знавшие друг друга и, если бы не война, никогда бы и не узнавшие. Их объединила смерть, которую никто никогда не ждет, но которая на войне может прилететь откуда угодно и в любую секунду.

Петербуржец Евгений Павленко попал на войну в декабре 2014-го. Хотел поехать с весны, с самого начала, но не сложилось сразу.

Павленко дома оставлял двух дочерей 5 и 7 лет и работу преподавателем русского языка и литературы. Балагур, хулиган и интеллигент — так характеризовали его друзья. Он был активистом одной известной партии, которая, в том числе, прославилась активным участием в добровольческом движении в Донбассе. Участвовал в дерзких акциях прямого действия, в том числе, в защиту ветеранов в Латвии. В то же время, настоящий питерский интеллектуал, очень любил вой город, знал о нем всё, очень ревностно переживал любое разрушение старого Петербурга. Когда работал преподавателем на курсах русского языка для иностранцев при СПбГУ и университете Герцена, водил своих студентов по потаенным и нетуристическим местам города, рассказывал им историю и городские легенды.

При этом патологически не переносил любую несправедливость. Эта особенность и привела его сначала в политику, а когда начался геноцид Донбасса — на войну. При этом, он был слишком серьезным, чтобы просто так сорваться, долго обдумывал свое решение, готовился.

В итоге уехал, никому ничего не сказав, под конец 2014-го. По убеждениям оказался в ДКО «Призрака».

Для Евгения Павленко война продлилась чуть больше месяца.

Почти столько же провоевал дончанин Всеволод Петровский. Только на войну попал раньше — ведь она пришла к нему домой. Сначала военкором, потом комиссаром во все том же «Призраке». Петровский еще до войны был достаточно известен — поэт, историк, журналист, политический активист. Интересно, что по молодости он поддержал первый оранжевый «Майдан», но скоро разочаровался в нем, начал искать причины происходящего в стране, читать книги — в итоге стал одним из создателей известной, но ныне запрещенной на Украине организации «Боротьба».

Разумеется, живя в Донецке, был в самой гуще событий с начала «Русской весны», с первых дней войны волонтёрил, делал репортажи с фронта, работал в министерстве информации ДНР, был военкором у Стрелкова, потом попал к Мозговому, уехал в Алчевск.

Он вообще мог с самого начала уехать в США, где живут его родители, но разве может настоящий патриот уехать со своей земли, когда на нее приходит война?

Их с Женей Павленко объединяло то, что у обоих не было опыта, и для обоих война закончилась, толком не начавшись. Но война — это лотерея, и человек с опытом может провоевать неделю, а человек без опыта — дожить до победы.

Дожить до победы — об этом мечтают все, то попадает на войну. Не у всех мечта сбывается. Когда трое спасающих раненого под Комиссаровкой погибли от разорвавшегося рядом с ними снаряда, они не могли знать, что у них уже не сбудется. А если б знали, разве бы их это остановило?

Не могли они знать и о том, что через десять дней над Дебальцево взовьется знамя Новороссии, закончится одна из самых кровопролитных, масштабных и знаковых операций той войны.

И, конечно, ни они, ни даже те, кто радовался этой победе, поминая павших и поднимая кружки за новые победы, не могли знать, что до полной победы еще очень и очень далеко. Что впереди долгие годы неимоверного напряжения, когда войны как таковой вроде нет, но каждый год гибнут товарищи от вражеских пуль и осколков, обрушивающихся на мирные города Донбасса.

Мы не можем знать их всех поименно. Но мы должны сохранить память о подвиге тех, кто своими телами проложил путь к победе, ни на секунду не задумываясь, правильно ли он делает. Если бы не они, Донбасс не стоял бы исполином шестой год подряд…

Дмитрий Родионов, Рен

admin

Добавить комментарий