Военная операция на Украине. 25 октября



 
Восемь месяцев противостояния

 

Спецоперация начиналась стремительно. В течение нескольких дней подразделения российской армии, действуя по всем правилам военной классической науки, с нескольких направлений вклинились в ряд областей юго-востока Украины и вплотную подошли к Киеву. Процесс денацификации и демилитаризации, казалось, с каждым днем набирает обороты. Одновременно наносились ракетно-артиллерийские удары по опорным пунктам противника, военной инфраструктуре(складам, базам хранения, аэродромам, местам сосредоточения личного состава и боевой техники), активно работала авиация. Армейские корпуса ДНР и ЛНР начали наступление на Донбассе. Боевые действия развернулись на фронте свыше двух тысяч километров. Уже в марте многим специалистам и аналитикам стало понятно, что быстро спецоперация не завершится. Взять хотя бы соотношение сил и средств противоборствующих сторон. С нашей стороны в боевых действиях было задействовано свыше ста тысяч человек, действовавших в составе батальонно-тактических групп (БТГ). Это, приблизительно, до семисот человек в каждой, с приданными подразделениями танкистов, артиллеристов, других родов войск.

 



В составе украинской армии насчитывалось к тому времени свыше трехсот тысяч военнослужащих сухопутных сил, плюс националистические батальоны и спешно укомплектованные резервисты теробороны. Всего — приблизительно 700 тысяч человек. Даже в таких условиях союзные войска до середины лета владели тактической инициативой, вели наступательные действия на всем направлении Донбасской дуги и на юге.

 

Украинской стороной за восемь лет в Донбассе была создана глубокоэшелонированная оборона. Многие укрепрайоны — в городах и агломерациях. Если бы применялась методика военных действий Второй мировой войны или американской армии сегодня, населенные пункты давно были бы стерты огнем артиллерии и бомбардировками авиации. Но военно-политическим руководством было принято решение беречь мирное украинское население и нанести как можно меньше ущерба гражданской инфраструктуре. К тому же вполне разумным и верным решением в той ситуации являлось минимизирование потерь с нашей стороны.

 

Огневое поражение противнику большей частью наносилось высокоточными ударами. Прицельно, с разведкой и доразведкой. Да, это было медленно. Приходилось буквально проламывать заранее подготовленные ВСУ оборонительные рубежи. Противник терял лучшие, хорошо обученные войска Украины, вынужден был отправлять на передовую отряды теробороны. В военном отношении это не бойцы, а «средства для затыкания дыр» на линии фронта. Тем не менее, украинская армия не запаниковала и не разбежалась, как предсказывали многие политологи и эксперты. Начиная с апреля и по август включительно в учебных лагерях Польши, Великобритании, а также полигонах, расположенных на западной Украине, проходили ускоренную подготовку и обучение резервисты из числа мобилизованных. Преимущественно, сержантский состав, младшие офицеры, штучные, так сказать, специалисты.

 

 

С весны страны НАТО, в первую очередь, США стали поставлять на Украину не только беспилотные летательные аппараты, противотанковые средства и экипировку. Пусть и не большими партиями, стали перебрасывать бронетехнику, крупнокалиберные и дальнобойные артиллерийские гаубицы и пушки, реактивные системы залпового огня, включая модернизированные и новые образцы. Кстати, на мой взгляд, не стоит преувеличивать влияние получаемой украинцами с Запада техники на ход боевых действий. «Джавелины» и «Стингеры», как оказалось, российские войска не останавливают. Танки, самоходки, беспилотники для эксплуатации и боевого применения требуют высококлассного персонала. Наспех его не подготовишь, хотя такие попытки сейчас в соседних с Украиной странах и предпринимаются. Да и мало приходит единиц вооружений для многотысячной украинской армии, больше пропагандистского шума о поставках оружия. В тоже время и недооценивать помощь Запада не стоит. Особенно по линии разведки и спецслужб.

 

Закулисное, а по большому счету, прямое сотрудничество украинских военных с США идет по полной программе. В частности, несколько прояснила ситуацию недавняя публикация в американском издании New York Times, где прямо сообщалось, что подготовить украинским военным наступление в Харьковской области помогли американские спецслужбы. По словам издания, операции в Херсоне, имевшие открыто демонстративный характер, и предпринятые, как оказалось, для подготовки наступления возле Харькова, – это «классический прием, используемый американскими военными и разведкой, чтобы сбить с толку врага. Телеканал CNN, в свою очередь, ссылаясь на главу Комитета американского Сената по разведке Марка Уорнера, упомянул, что контратака украинских войск стала результатом работы американских спецслужб, их сотрудничества с украинскими, а также британскими службами. Соответственно, за кулисами подготовки украинского контрнаступления в Харьковской области стоял американский разведывательный аппарат, фактически руководивший всей операцией с помощью спутниковой, полевой и разведывательной информации, направлял ее и помогал украинским военным сосредоточить силы там, где российские позиции оказались слабо укрепленными. Опираясь, в значительной степени, на эти данные, украинские военные смогли подготовить контрудар. Запад испытывает на Украине множество новых военных технологий.

 

Следует отметить, что это уже третий пакет помощи США Украине, общий объем которой за последние полгода составил почти 70 миллиардов долларов. Иначе говоря, по первому проекту финансовой помощи США взяли на себя обязательство выплатить Украине 13,6 миллиардов долларов, по второму – свыше 41 миллиарда, и вот теперь, по уже третьему проекту, общая сумма финансовой помощи достигает почти 70 миллиардов долларов. При этом небезынтересно то, что эта сумма втрое больше той, чем США потратили только за первый год своей спецоперации в Афганистане после событий 11 сентября 2001 года, и, кроме того, эта сумма без малого в 70 миллиардов – это больше, чем весь военный бюджет России за прошлый год. Очевидно, что эта выкладка показывает гигантские объемы американской военной помощи Украине с очевидной целью – победить Россию. И можно сделать вывод, что США сейчас посредством данного военного конфликта делают все, чтобы Россия потерпела в нем военное поражение. Или, по меньшей мере, покинула бы уже занятые территории. И после этого иначе как блеф нельзя воспринимать периодические заявления американского руководства о якобы неучастии Вашингтона в данном военном противостоянии.

 

 

Следует признать, что с сентября украинской армии удалось перехватить тактическую инициативу. Отступление союзных сил под Харьковом и в районе Красного Лимана, где противник имел значительное преимущество в живой силе и технике, да и весь ход боевых действий на довольно протяженной линии фронта, показал, что необходимо существенно менять стратегию и тактику спецоперации, вносить изменения и коррективы.

 

Ждать быстрых побед не стоит. Тем более, что одной лишь частичной мобилизации недостаточно для реорганизации военной системы. Требуются поставки современных образцов вооружений — об этом говорил Владимир Путин на заседании комиссии по ВПК. Похоже, заработал иранский «оружейный мост»: появились столь востребованные беспилотники в большом количестве, и потери украинцев в артиллерии и РСЗО, если судить по косвенным данным, сразу выросли. Наверняка, приняты конкретные решения в отношении ударов по инфраструктуре, снабжению и тылам Украины: наравне с мобилизацией это важнейший пункт рецепта победы, как считают многие военные специалисты. Очень важно при этом укомплектовать и обучить резервистов, наладить логистику, своевременно укрепить линию обороны на некоторых участках фронта.

 

Что успеет противник за это время? Оружия, которое можно было бы поставить Украине немедленно, видимо, в НАТО уже не осталось. За несколько месяцев теоретически можно поставить на Украину новую бронетехнику и системы ПВО, а также увеличить численность теробороны и иностранных наемников (они принимали самое непосредственное участие в харьковском контрнаступлении). Однако, по всей видимости, поток западной помощи и так находится на пределе возможного, причем зачастую публично объявляемые поставки уже давно находятся на фронте — так оппоненты растягивают медийную повестку, чтобы создать ощущение непрерывной поддержки при исчерпанных арсеналах. К тому же сил и средств в украинской армии явно не хватает, ресурс «источился», несмотря на попытки чуть не всех подряд в возрасте до 60 лет поставить «под ружье».

 

Не стоит забывать военную истину — победа в любой войне или спецоперации достигается только при помощи наступления. Эти вопросы сейчас и решаются в штабе объединенной группировки войск. Оценивается обстановка, уточняются вопросы взаимодействия всех силовых структур, задействованных в операции. Одновременно ведутся активные действия на донбасском направлении. Конечно, исходя из складывающейся оперативно-тактической обстановки, при поступлении на фронт резервов и подкреплений, напрашивается наступление. Где и когда — военная тайна. Варианты есть — от Харьковского, Донецко-Запорожского и других направлений. Главное, на мой взгляд, быстро и вовремя исправить допущенные ошибки и просчеты. Не расслабляться ни на секунду. Использовать накопленный опыт, начиная с вопросов мобилизации, заканчивая кадровыми. Время покладистых генералов и полковников, у которых нет своего мнения, прошло. Сейчас нужны боевые, ершистые офицеры, хорошо знающие военное дело и по настоящему относящиеся к своей профессии: Родину защищать. Не сомневаюсь, что таких — немало. Они способны выполнить нелегкие и ответственные задачи.

 

Геннадий АЛЁХИН, специальный корреспондент ANNA-News.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Комментарии 0

Оставить комментарий